tutellia: (аннабел ли)
Я когда-то писала, как хотелось бы хоть раз с приятностию вернуться к родным осинам.
Ну что ж, прошло лет десять, и мрзд меня услыхало. В этот раз я прямо рвалась в Ташкент, лучше родного народу, чем там, на свете нет, я надолго согрелась теплом и прямо, и фигурально, - но вернулась я с облегчением.
Там теперь другая страна. Когда в городе одна, это слышишь кожей. Это в воздухе и когда сталкиваешься с формальным устройством жизни (ужас аэропорта и маята с получением регистрации). Уйди, ты чужая. Какая ж я вам чужая, тут мои предки лежат. Нет, в поисках былых примет бродя по начисто перекроенному и почти безлюдному городу, я чувствовала себя примерно как когда-то в нью-йоркском Чайна-тауне. Уйди-уйди. Впрочем, что Чайна-таун, там действительно, но еще раньше, в советские времена так было в Хиве, когда вздумалось выйти за стены музейного комплекса: местные, только что не в паранджах, шарахались от простого вопроса, где вымыть виноград.
Все, я ушла...
Но, мироздание, я ведь не об этом просила. Я просила, чтобы и там хорошо, и тут отлично. А не чтобы там так жутковато, что и тут сойдет...
tutellia: (в пустыне синая)
разбирая собравшиеся за поездку билеты-буклеты, наткнулась на подсунутые мне подружкой странички, вырванные из "Нью-Йоркера" 11 года, - с рецензией на "Savage Beauty", посмертную в музее Метрополитен выставку Александра Маккуина, книжку про которого я надысь, заходясь от восторга, вялым однако же слогом перевела... рецензией толковой и энергичной, чеканной, как эпитафия, и потому даже более внятной, чем книжка... содержательно ничего нового, но вот упоминание о Салемских ведьмах! Мать Маккуина в предках имела одну из салемских ведьм - и он посвятил этому делу одну из ранних коллекций, - а я только что в Салем в угаре на бегу заскочила, про Маккуина, понятно, даже не вспомнив...
Там, говорят, хороший худ.музей - огромный! - но до него ли... Рванули к месту казни. Из нетолерантной, мягко сказать, истории город сделал коммерческую фишку: сувениры, музей ведьм, фирменное празднование Хэллоуина и т.д. - и извлек назидание для потомства, "enduring lessons of human rights", зафиксированное свежим мемориалом 2012 года, годовщина была относительно круглая, 320 лет.



Старое прибранное кладбище, за пределами кладбища, за стеной, - каменные скамьи с именами, якобы могилы.









Тут и дождик пошел...
И никто не сказал мне, что оттуда родом Готорн и еще стоит "дом с семью фронтонами"!
tutellia: (аннабел ли)
В последний вечер легкомысленно повели меня на Бродвей, на мюзикл "Матильда", - кто-то из молодых восхитился, и взрослые повелись. Оказалась детская - буквально, играют дети - постановка по Роальду Далю, еще фильм был такой. Полный зал школьников, хотя спектакль вечерний, автобусами везут. Упор на пользу чтения и - типичный Даль: родители случаются так себе, и учителя монстры. Все сверкает, все слаженно пляшут, под фанеру резковатые голоса, и я бы подсократила, но мне все любопытно, включая антураж: landmark, старый (времен Уортон) Shubert Theatre... как вдруг, бог из машины, появляется русский мафиози, которого умненькая Матильда подкупает знанием русского. Откуда, - удивляется он, в черном пальто в пол на розовом подкладе. Элементарно, Достоевского читала, - лет десяти, поясняет она. И все, две отличительные русские черты: Достоевский и криминал - впечатаны походя в сознание юного американского зрителя. Приплюсовать: Фаберже, водка, Путин - и готов образ страны.

7 мая

May. 8th, 2013 05:10 pm
tutellia: (в пустыне синая)
Прошлась по Сентрал-парку (кто б меня научил фотки из планшета вставлять, вот навставляла бы!), где тюльпаны, ах! и любимая сакура у самого музея... а там опять же загородки и леса, фонтан ремонтируют, но всюду объявы: не сомневайтесь, Мет открыт! Сил моих хватило только на выставку "Импрессионисты и мода", помимо картин - туфельки, корсеты, зонтики, и самое трогательное - кусочек ткани, не выцвел, от пеньюара, в котором позировала модель Tissot. с С перерывом на ресторан еще погуляли, и сегодня я совершенно без ног, а завтра в Бостон... К счастью, сейчас дождь и даже гроза.
tutellia: (аннабел ли)
показалась неприбранной и провинцальной. Говорят, Гарлем. В самом деле: пустыри, заборы, брандмауэры с графитти, небоскребы в центре и то какие-то коротковатые. У Индепенданс-холл (где Декларацию подписали и в колокол вдарили, а он раскололся! - как сие трактовать?) в воздухе конский навоз и туалетный дезинфектант...
Ну да ладно, не за тем явились.
Фонд Барнса из его имения переехал в центр, на Музейную милю. Складского типа кубики отражаются в просторных бассейнах, молодая зелень... видно, что место еще не обжилось... но внутри... Все, что раньше плотно усеивало стены в полутьме, теперь, соблюдая барнсовскую развеску (пропорции те же, другой масштаб), ошеломляет и опьяняет. Чистый хлестаков, сорок тысяч одних курьеров: сто Ренуаров, семьдесят Сезаннов, не меньше Матисса, невиданный Модильяни, Ван Гог, Тулуз-Лотрек, who not, даже вкраплены старые мастера первого ряда, включая Дюрера и Босха... Этот Барнс, фармацевт, разбогатевший на антисептике, обладая звериным чутьем на прекрасное и вызывая ненависть музейщиков, у которых не было таких денег, скупал живопись оптом и метрами, урыл Францию, прошляпившую свое достояние, голодные художники толпились у него под дверью! - чтобы запереть у себя дома и никого не впускать.
Только теперь эти сокровища наконец вполне доступны (и то запись по интернету, загодя).

http://www.barnesfoundation.org/collections/art-collection/

Собрал, сберег, развесил, как никто... И мы ему благодарны, правда? Забыты обиды тех, кто умер, этого не увидев... Такая ист.справедливость

5 мая

May. 6th, 2013 08:09 am
tutellia: (аннабел ли)
Пасха. С праздником!
У Фрик-коллекшин сегодня женщина незатейливого вида, заслышав нас, кинулась: "ну наконец-то русские! Вы мне поможете! Где тут наша церковь?" - "на 93-ей, кажется... Я так туда никогда и не добралась... Да подите вы хоть в св.Патрика, тут ближе", - понесла я, наверно, неподобающее, и она послушалась было, но в итоге влилась в очередь во Фрик, где с утра по воскресеньям бесплатно... Там суровый, прочно стоящий на земле, основательный, как мироздание, Пьеро делла Франческо... и вообще, как всегда, шедевр на шедевре. В три - Карнеги-холл, концерт Поллини: "Патетическая", "Вальдштейн", 22-я и "Аппассионата", очень сильно рубато, но в целом все-таки замечательно. В шесть - чудный японский ресторан, спрятанный в подвале на 42-й, что-то невероятное, как вкусно.

Завтра в Филадельфию, где еще не была.
tutellia: (зеленые бусы)
в предотъездной гонке: 27-28 апреля - Питер, заради Соколова, который, увы тридцать раз, захворал, так что мы, замерзая, побродили по Александро-Невской лавре, где я лет тридцать не была, а вечером с лету попали во второй ряд на бенефис Мигицко в Ленсовете, ему 60. Известный как киношный Хлестаков, здесь он Городничий - сердечный, совсем не страшный отец родной, распечет-расцелует, весь как ртуть... Хлестаков - молоденький, вертлявый, с нарочито нарисованными удивленными бровками, как на иллючтрации Боклевского, и Городничиха хороша... Очень все старались, даже переигрывали, пожалуй, комикуя, не знаю, заради ли бенефиса, но было приятно, как если вдруг зайдешь в гости, а там застолье и тебе рады...
А 28-го - "Бесплодные усилия любви" у Додина, с очень хорошенькой, правда, Боярской, печальный пустячок, думаю, что не Шекспира, оживленный слегка шпильками в адрес москалей, и чтобы нам не было так уж печально, под занавес труппа а капелла поет "полет шмеля", дескать, все суета, не горюйте. Ну, типичный Додин. Мы его, кстати, на выходе у театра встретили - белые ночи почти, после спектакля еще закат, - и похвалили по доброте, раскланялись.

Это я болтаю потому, что в НЙ ночь, а в Москве день...

Заскочив на денек в Калугу, где нынче небывалые фиалковые самосевом поляны, прилетела второго...

Как не улетала. Опять неспешный паспортный контроль, опять в сумерках дорога из JFK, опять все в цвету, опять любимые лица. Днем застолье, большой прием, а вечером - замечательный, расчудесный в Карнеги Кисин. Программа: Гайдн, ми-бемоль-мажорная соната, предвещающая Бетховена, далее, логично, 32-я соната последнего (про смерть и воскрешение, с синкопами), дивные - восторг! - "импромптушки" Шуберта и 12-я Венгерская рапсодия Листа. На бисы Глюк, Шопен и опять Шуберт. 70 процентов зала, не меньше, русские.

Завтра Фрик-коллекшн, там выставка Пьерро делла Франческо, а потом какая-то драма по русским мотивам, на которой я непременно, обещаю, усну.
tutellia: (аннабел ли)
А вот еще пражский сюжетец (в пятницу - по всему городу так):

tutellia: (аннабел ли)
В Праге такая зима, что мне и лета не надо, - начинала я дважды, околохудожественно распиналась про красную книгу моего детства, и дважды lj меня в полосу не пускал... ну, значит, не судьба. Ограничусь картинками. СНЕГ И СОЛНЦЕ.


Read more... )
tutellia: (аннабел ли)
так зябко, что нерезко... Невский украшен изморозью, а Елисеевский - Шемякиным:

P1210995 P1220011

P1220008 P1220006

P1220005 P1220020

И в Мариинском я купила его же куклу - они в "артсалоне" навалом лежат в вазочке, путаясь руками-ногами...
"Кармен" поставлена щедро, добротно, зрелищно - редкость, сюжетно вменяемая опера - лоскутное одеяло из шлягеров, на живую нитку сшитое страстью...
tutellia: (крючок)
Телереклама под предлогом продвижения мат якобы ценностей на деле умильно впаривает ценности бери повыше, типа "главное - любить себя", брр... оттуда же лозунг "погода не должна мешать нашим планам", как-то так... Да, планы обилечены давным-давно, и вот я черной ночью выхожу из теплого дома и еду в Питер, где так же холодно плюс промозгло. Ох... Лежала бы себе на пече...
tutellia: (в пустыне синая)
Здесь так тихо! Дальше нашего, размером с Московскую область, отелей нет. Только шлепают по дорожкам шаги. На ровно стриженной живой изгороди греется ящерка. В позе бега распластались в тени пестрые кошки. Даже птицы поют вполголоса. Видела колибри - крошечную, с две фаланги, с пестрой головкой (гугль говорит, что колибри в Турции нет, но как хотите, сама видела). Дозревают гранаты. Море бирюзовое, не такое, как в Ницце, но все-таки, и слоистое, вверху прохладное, остывшее за ночь, а ниже нега. Весь день (но сильнее всего - утром) сладко пахнут кусты, усыпанные белыми граммофончиками вроде "ночной красавицы". В полуразваленном джипе, где можно стоя скакать по кочкам, свезли высоко в горы, к руинам города Лирбе, переложенным нежной зеленью сосен, а потом к озеру, где плещется, понятное дело, форель. Ну и что ж странного в том, что не хочется отсюда домой...
tutellia: (в пустыне синая)
Это, месяц назад, на подлете к Мадриду.


еще )
А сегодня - в Туретчину, к морю.
tutellia: (бедный ангел)
Во глубине Нью-Джерси раскинулся парк Grounds for Sculpture, открытый в 90-х с просветительской целью, дабы народ полюбил современную скульптуру. Чудное место, хоть и ехать до него почти два часа. Парк и парк:



Ухоженный, с хорошим рестораном - утверждают, что кухня французская, а называется по английски Rat's Restaurant after Kenneth Grahame's "Ветер в ивах":



и изобилием всякого вполне уже прижившегося, примелькавшегося скульпторья:



но самая фишка там такое Мане-Моне, которого я даже вообразить не могла
хотя идея лежит на поверхности )



Все, я уехала в Питер.
tutellia: (Default)
В изысканно буржуазной Neue Galerie - выставка по случаю 10-летия музея, из коллекции Рональда Лаудера. К привычному изобразительному, включая "дегенеративное", плюс: латы, бургоньеты-саллады и бастарды-цвайхандеры.
При галерее - венское кафе, где не оказалось каштанового супа, который мне велели попробовать.



Часа три блаженно бродила по рас- и процветающему Центральному парку, пока не пришло время идти в Линкольн-центр на Нью-йоркский филармонический. Шнитке "Не сон в летнюю ночь", булгковская такая штучка, концерт Дворжака для скрипки (Франк Питер Циммерман, агент которого - муж нашей Юлианны) и душераздирающая Шестая Патетическая Чайковского.
Это было 29 марта. Всю бы жизнь так жила.
если угодно, цветики, птички, собачки )
tutellia: (Default)
Этот "я не волшебник, я только учусь" стоит в холле Библиотеки Пьерпонта Моргана. Сняла на бегу, а теперь горюю, что ничего про него не знаю.



Библиотека Моргана недавно перестроена, очень тактично. Там сейчас графика круга Рембрандта из частной коллекции плюс прелестная выставка "В компании животных": и мифология, и штудии, и всякие упоминания-коннотации, и даже нотные партитуры на тему. Карандашом слон Рембрандта и лев Рубенса, сепией козы Караваджо, письмо Беатрикс Поттер знакомому мальчику (про смерть!) с беглыми рисунками пером, книжка Вирджинии Вульф про кота и даже месопотамская цилиндрическая печать с циклопом (тоже зверь), которых печатей здесь выдающееся собрание.
Там снимать нельзя, а в кабинете Моргана - можно, и я оторвалась.

Каминная решетка:




еще )
Обедали в Скандинавском доме (любопытно, что аналогичного русского представительства в НЙ нет), на Парк-авеню, где высадили тюльпаны:



После чего мне на два часа дали волю (об этом потом), а вечером в центре Барышникова мы слушали аутентичного Алексея Любимова (он тоже сюда приехал) на фоно 1810 года. Бетховен, 30 и 32-я сонаты, а в промежутке Глинка и Шуберт.
tutellia: (Default)
Кто его знает, предусматрены ли они архитектором, но золотые закатные отражения в стеклянных стенах - как подарок, the found art:



Или вот этот кусок мятой парчовой ткани (в жизни куда эффектней, чем тут):

tutellia: (Default)
В Метрополитен - большая выставка того, что когда-либо покупали Стайны, начиная с Лео и Гертруды. "Полночь в Париже", если кто еще не смотрел, тому иллюстрация.



И идея благодарная, а уж исполнение выставки - просто высший класс. В очередной раз явлен и дух эпохи, и масштаб розово-голубого дарования Пикассо, и разрушительное влияние Матисса, которого тот, с этим-то дарованием, легко переплюнул, разрушив живопись на фиг, по определению самой Стайн. В ссоре Лео с Гертрудой я, конечно, на стороне Лео. Вот он, наверно, рад.


Немножко музейных картинок на бегу, если кто давно не был: )
На улице солнце, цветущие вишни (откуда цветы-то в холле) и русалочка:

tutellia: (зеленые бусы)
Дома - часу в шестом, а тут к полудню, что мне джетлэг, вышли, чтобы ехать в Карнеги-холл на "Страсти по св.Иоанну" Баха.

Милый Ривер-Эдж, будто не уезжала с прошлого года. Опять вишни в цвету.


"Страсти" - "аутентичные" в исполнении квебекской капеллы "Les Violons du Roy", Евангелист - довольно уже известный тенор Йээн Бостридж с оксфордским образованием. Зал следит за текстом и где надо тихонько шелестит страницами. Вот они мы в антракте, все в Татулиных бусах - у нее вчера как раз был юбилей, а раз у нее был, значит, и у меня осенью будет. (А Мариша еще и в смоленском трикотаже). Я закрыла глаза, но на лице безошибочно то самое трудно определимое, о чем в посте выше.



А вечером... вечером меня повлекли в местный клуб, на встречу в Дм.Быковым. Что было делать? Пошла. Как там у Гоголя? Ты сюда приехал, а я тут тоже живу? Ну вот. И что там Карнеги! Толпа в фойе - вот был аттракцион! С речью как из анекдотов, типа "риба на потом". Не знаю, как они воспринимали на слух Быкова - он быстро, акцентируя только концовки, читал стихи, много стихов. Зал радовался редкому матерку и готовно смеялся на те сарказмы, которые успевал ухватить. Я-то в полутьме придремала - в Москве была глухая ночь. Надо еще учитывать, что я весь день трещу: про близких, знакомых, культурку и тандем. И буду трещать нон-стоп, как Быков, отрабатывая свой чес тоже.

Profile

tutellia: (Default)
tutellia

December 2016

S M T W T F S
    123
45678910
1112131415 1617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 04:11 pm
Powered by Dreamwidth Studios