tutellia: (аннабел ли)
Не то чтобы как Бах к Букстехуде, пешком сотни верст, но все-таки который раз я одним днем езжу в Питер заради великого Григория Соколова, который первопрестольную не жалует, да и на Неве бывает только в раз в году, в апреле... Вот и нынче... В программе Шопен, щедрые бисы... слов моих нет.

До того успели еще пробежаться по Пушкину, от Ахматовской улицы (будут, будут звать, она ошиблась!) до ее же имени школы искусств, где поставлен памятник, мимо восстановленного тоновского собора, которому наконец позолотили купола, и по Екатерининскому парку, где солнце и ветер, высаживают гиацинты, поновляют фасад, а медуница сама взошла. Гаревые дорожки истоптаны в пыль, ветер скручивает прах в смерчи, невысокие, столбиком в человеческий рост, и то и дело кажется, что по дорожке вкось скользнул некто... в плаще либо в треуголке... и эти некты реальней тех, что, ряженые в Петра или наше всё, зарабатывают у входа, щелкаясь с иноземцами.
tutellia: (зеленые бусы)
В новом Мариинском вчера я была впервые.
Идея с теплым ониксовым нутром супер, в этом климате согревает.
Хотя нынче такая зима, что тепло и сыро, а топят так, как будто мороз.
Зал, может, и скучноват, но слышно хорошо - правда, мы хорошо сидели, первый ряд бельэтажа.
А вот плохо, что программки продают только на первом этаже (забыл - спускайся), а могли бы (при таких-то ценах на билет!) выдавать бесплатно при входе в зал (как делают в приличных местах вроде Метрополитен).
А уж какая давка при одевании в гардеробе...





tutellia: (оса хатшепсут)
Всем известно, что оперные режиссеры нужны не затем даже, чтобы пресыщенный зритель согласился послушать осточертевшую музычку, нет, режиссура музыке как умеет мешает, - а чтобы заманить на спектакль. Во всяком случае, такие, как Бархатов (и наставник его Черняков). "Отелло" в новой Мариинке начинается с того, что натуральный маяк назойливо лепит в глаза. Ну, буря, а маяк - путеводный. Битву Отелло выиграл, но с пути сбился, напоролся на Яго. Трактуй, дорогая публика, раз среди тебя есть убогие, которые кашляют во время "Ивы" и не выключают мобильники. И не позволяй себе сбиться на "последний парад наступа-а-ет", хотя бушлаты и кителя, кубрики и все тот же маяк навевают. Маяк вообще находка. В итоге и предварительно задушенная Дездемона сама с него сбрасывается, и Отелло, даром что просит шпагу, а размахивает револьвером...
В общем, старалась закрыть глаза и слушать. Дирижировал Гергиев, а пел - отлично - второй, видимо, состав, потому что в первом - Галузин и Ирина Матаева.

tutellia: (в пустыне синая)
Так замоталась, что в ночь на пятницу забыла уехать в Петербург.
В воскресенье - отмененный в апреле концерт Соколова, и довеском к нему была бархатовская "Русалка" в новом Мариинском, на которую я, пробив брешь в бюджете "невским экспрессом" без кондиционера, так и не поспела. И хоть в рецензиях пишут, что концепция вроде бы ничего, но поют из рук вон, а подружки мои сочли, что мельница совсем уж развалилась, и в антракт ушли, - все-таки жаль.

Зато в субботу нагулялись в любимейшем Павловском парке:

tutellia: (зеленые бусы)
в предотъездной гонке: 27-28 апреля - Питер, заради Соколова, который, увы тридцать раз, захворал, так что мы, замерзая, побродили по Александро-Невской лавре, где я лет тридцать не была, а вечером с лету попали во второй ряд на бенефис Мигицко в Ленсовете, ему 60. Известный как киношный Хлестаков, здесь он Городничий - сердечный, совсем не страшный отец родной, распечет-расцелует, весь как ртуть... Хлестаков - молоденький, вертлявый, с нарочито нарисованными удивленными бровками, как на иллючтрации Боклевского, и Городничиха хороша... Очень все старались, даже переигрывали, пожалуй, комикуя, не знаю, заради ли бенефиса, но было приятно, как если вдруг зайдешь в гости, а там застолье и тебе рады...
А 28-го - "Бесплодные усилия любви" у Додина, с очень хорошенькой, правда, Боярской, печальный пустячок, думаю, что не Шекспира, оживленный слегка шпильками в адрес москалей, и чтобы нам не было так уж печально, под занавес труппа а капелла поет "полет шмеля", дескать, все суета, не горюйте. Ну, типичный Додин. Мы его, кстати, на выходе у театра встретили - белые ночи почти, после спектакля еще закат, - и похвалили по доброте, раскланялись.

Это я болтаю потому, что в НЙ ночь, а в Москве день...

Заскочив на денек в Калугу, где нынче небывалые фиалковые самосевом поляны, прилетела второго...

Как не улетала. Опять неспешный паспортный контроль, опять в сумерках дорога из JFK, опять все в цвету, опять любимые лица. Днем застолье, большой прием, а вечером - замечательный, расчудесный в Карнеги Кисин. Программа: Гайдн, ми-бемоль-мажорная соната, предвещающая Бетховена, далее, логично, 32-я соната последнего (про смерть и воскрешение, с синкопами), дивные - восторг! - "импромптушки" Шуберта и 12-я Венгерская рапсодия Листа. На бисы Глюк, Шопен и опять Шуберт. 70 процентов зала, не меньше, русские.

Завтра Фрик-коллекшн, там выставка Пьерро делла Франческо, а потом какая-то драма по русским мотивам, на которой я непременно, обещаю, усну.
tutellia: (Default)
В Мариинском концертном - Шостакович-Гергиев. "Первомайская" симфония, 2-й виолончельный концерт (Марио Брунелло) и "Бабий яр" (бас - Михаил Петренко). Все проникнуто ужасом перед жизнью, мороз по коже, Евтушенко плоский, все архаично, объяснимо и в целом - вызывает... восторг, написала я, - но скорее, все-таки благодарность.
tutellia: (аннабел ли)
так зябко, что нерезко... Невский украшен изморозью, а Елисеевский - Шемякиным:

P1210995 P1220011

P1220008 P1220006

P1220005 P1220020

И в Мариинском я купила его же куклу - они в "артсалоне" навалом лежат в вазочке, путаясь руками-ногами...
"Кармен" поставлена щедро, добротно, зрелищно - редкость, сюжетно вменяемая опера - лоскутное одеяло из шлягеров, на живую нитку сшитое страстью...
tutellia: (у фонтана)
И это еще не все. В музее Державина сейчас выставка "Бубнового вальта" из собрания Абрамцева.
Много Кончаловского, кот., кажется, и на персональной выставке не было (может такое быть? но я к нему равнодушна), еще любопытный Фальк (плюс его портрет работы его первой жены, Потехиной) , очень хороший Лентулов ("Ветер" и "Лодки"), арбузы Рождественского, - и я, например, ничего этого раньше не видела. Все в родстве с Сезанном. Вроде бы, от примитивизма к сезаннизму, такой ход. До 30 октября, кажется.
tutellia: (у фонтана)
Пока еще золотая осень, хорошо сходить в Державинский музей на Фонтанке, 118. Там восстановили садик с якобы речкой и мостиками, розарием и беседками. Лет через пять станет совсем уютно, а сейчас - трогательно.

Read more... )

UPD B И что это я так рвалась туда, думаю я теперь, ведь знала же, что новодел и пахнет ремонтом!
Из старушечьего стремления к порядку, пожалуй. Чтобы где неглажено - стало глажено, где
облезло и убого - порядок и позолота. Чтобы все на своих местах. Противостоя жерлу вечности и общей судьбе. По крайней мере, пока мы живы. С присущим классику пафосом.

tutellia: (оса хатшепсут)
Вчера, перед поездом - Спиваков с Виолеттой Урманой в Филармонии.
Ну, квалифицированный чёс. И билеты (дороже, чем на Соколова), и программка с понтом, и репертуар. Увертюры (особенно игривая к "Жанне д'Арк") и ударные арии (особенно Леонора, pace, pace, mio dio). Мне кажется, по злобе, оркестр звучал грубовато, особенно духовые, заглушал голос. И не прослезилась, цинично, когда маэстро достал скрипку и дива заслушалась Штрауса так, что опоздала вступить... "Все можно простить!" - сказал кто-то сзади, а по-моему - отработанный номер.
tutellia: (веночек)
Потрясающей красоты "Аида" в Мариинском.

Анна Маркарова - выше всех похвал. Роскошное меццо-сопрано, у меня просто дух захватило.

У Другого выложено видео с ген. репетиции - http://youtu.be/fzIwNRgGNPc - но там другая Аида.

Наглядный случай, когда голос Аиды красотой побеждает суховатый голос Амнерис вопреки, может быть, внешним данным.

Открытие сезона. Гергиев. Новый губернатор присутствовали.
tutellia: (в пустыне синая)
Вчера я собиралась на Ленинградский под разговоры по Эху (и соответственно под панические мне звонки) про то, что Ярославский оцеплен ввиду терругрозы. Вопреки тому, что я теперь перед любым отъездом иррационально нервничаю, к угрозам осталась холодна. Поезд мой был на 01.10, к этому времени разберутся, думала я. И впрямь.

Попадались одинокие пузатые милиц... полицейские с рациями, не более. Почему они все пузатые, загадка. Вроде работа нервная.

Потрясло другое. В промежутке между Ленинградским и Ярославский, прямо на выходе из метро, там, где много лет стояла какая-то загородка, теперь фонтан! Георгий в фирменном церетелевском стиле. У коня сильно кудрявый хвост. Больше сказать не могу, все-таки на поезд шла, но сфотографировать остановилась.



Ехала очень весело, с тремя девицами, которые в Питер собрались на 20-летие окончания школы. В поезде их было больше, но мне досталось только три. Вы мне, понятно, не поверите, сказала я им, но вы такие молодые! "Молодая была немолода", тут же захохотали они.

В Питере то дождь, то солнце, с преобладанием все-таки дождя, раза три эффектно перераставшего в ливень. Учитывая, что завтра у нас свадьба на пленэре...

В корпусе Бенуа - большая выставка Коровина, отовсюду. Такой большой на моей памяти еще не было. Отличные театральные работы и лучшее в памяти - "Кафе в Ялте" - оливковая прохлада, бирюза, покой. Посмотрела сейчас репродукции в инете - ничего по цвету похожего, черные какие-то тени.

Кстати про кафе, в патио на входе (что там раньше было, не помню, ничего, кажется) - открыли кафе=ресторан. И пусть стаканы с чаем не вводят в заблуждение, там все в порядке.

tutellia: (у фонтана)
Вчера из Питера, куда в цейноте рванула на 23-е, ради "Прадо" и концерта Соколова. И выставка - ах, а уж Соколов... Не была готова к тому, что он так драматически выстраивает программу. Муз.достоевщина, ей-богу, - злой, механически совершенный Бах в первом отделении и нежный, прочувствованный Шуман во втором. Ошеломил. Зал битком. Овация. Щедро бисировал. Теперь я твердо уверена, что лучше сейчас никого нет.
Еще и прогулка по набережной, и ресторан, и по ночному Питеру с ветерком.
У нас взаимная любовь. С Питером любовь, отвечаю на незаданный вопрос.
tutellia: (Default)
Заслышав, не пойти ли нам на "Летучую мышь", я забила копытом. Дело в том - и тут я уже всем уши этой историей прожужжала - что "когда я была маленькой", однажды в гостях включили черно-белый тогда еще телевизор, и передавали "Летучую мышь", не помню, со Шмыгой или нет, но я - сомлела. Зашлась. Ничего нарядней, красивей и остроумней я не слышала. Бедные хозяева, до сих пор добром поминаю, дали досмотреть до конца. Ах, этот онтологический ужас со смешком - за что, за что, о боже мой...

Потом мы еще - тоже давно, еще детей не было - ходили на Венскую оперетту, когда она в Москву приезжала, и позабавлены были - а скорей, покороблены, homo soveticus, - европейским представлением о визгливой веселости и графе Орловском.

Потом был фильм, который, конечно же, до детского моего восторга не дотянул...

И вот теперь - ленинградская, хочется сказать, Музкомедия. Хорошие голоса, хор звучит, но от души надеюсь, что любимый галоп не будет сопровождаться отныне видением того, что происходило на сцене. Текст переписан. Никаких историй о собаке Эмме. Вместо упомянутого онтоужаса - описание похмельного синдрома "какой кошмар, какой кошмар, когда в груди горит пожар". Не любимые Эрдман-Вольпин, а пошлые (хоть и аутентичные) Хафнер и Жене. Мало того. Все знают, какая я патриотка, но когда рядом с пафосной песнью во славу Венгрии (режиссер - венгр) звучит что-то гаерское про Москву в исполнении плюгавого безголосого Орловского - извините.

Надо признать, есть у меня этот интерес к легкому жанру, некая, хм, тоска по простодушной веселости. Так, в Нью-Йорке мы ходили на "Виктор-Викторию", где, вы помните, речь о толерантности к инакоустроенным - и надо было видеть, как гоготал и ликовал зал, явно полный американских провинциалов "straight" - а мы сидели посреди зала совершенно отдельные, как в стеклянном стакане, жадно, с любопытством "других" наблюдая и зал, и сцену. (Мало того, я еще и на "Норд-Ост" людей потащала, первый наш мюзикл, спаси-сохрани...)

На "Мыши" тоже принялась зыркать по сторонам. Нет, люди с каменными физиономиями умеренно хлопают после каждого музномера. Жалкий смешок раздался лишь при жалкой же шуточке, что, дескать, много мы знаем банкиров, которым надо бы посидеть в тюрьме...

В общем, весело никому не было, и до конца мы не досидели, вышли в снежную ночь. А у Филармонии - афиша: как раз сегодня Гидон Кремер. Черт побери. Но, надо признать, Кремер столько эмоций вызвал бы вряд ли...

С Рождеством!

tutellia: (бедный ангел)
С 97-го, когда храм открыли после реставрации, я была там уже не единожды. И всякий раз, когда говорю, что видеть это надо непременно, встречаю сопротивление: ты уверена? Я уверена.


Read more... )
tutellia: (в пустыне синая)
The waitress... produced a notebook and looked expectantly at them all with the bright, brittle smile of someone who is expecting to be sacked at any moment.


Прочла это у Пратчетта (да-да, "только детские книги читать") и вспомнила недавний культ.шок в Михайловском театре.
Мы примчались туда из Петергофа, усталые, озябшие (трудно сейчас поверить, сказала бы я, но это уже пошлость) и жаждущие чаю, горячего чаю. Сменили кроссовки на туфли и - в буфет.

И там... там в дворцовом, свежеотделанном, кремовом, совершенно пустом фойе в паркете радужно дробится хрусталь и вымуштрованно застыли по стенам официанты. В длинных фартуках, по форме сложив перед собой руки, вылитые суслики настороже. В воздухе завис страх. Заинтригованные, подходим к стойке. Я так прямо замерла в предвкушении чего-то дурацкого. За стойкой трое. Как бы старшая буфетчица и два буфетчика на подхвате. И вот они-то и уставились на нас с точно такими брайт-бриттл улыбками, как описано выше. Застылыми, готовыми сорваться в отчаяние. Словно не помня сценария, нервно предложили меню. Я отмахнулась, говорю, что-нибудь горячее. Перечислили, что есть - не помню, что мы выбирали, но каждое наше слово, не убирая улыбки, буфетчица нервным шопотом транслировала буфетчикам, словно они не понимают по-русски, а те кивали, как болванчики, и глаза у них были безумные.

Усадили за столик, принесли заказ. Все с шиком, вкусно, особенно трюфели к чаю. Трюфели делает шеф-повар, я расспросила. Смакуя и трюфели и это, знаете, чувство, когда не вполне понимаешь, на каком ты свете.

Сейчас, когда пишу, предположилось, что у них, наверно, прямо перед тем случился разнос. Вот мы и попали в остатки грозового фронта. А Маринка потом сказала, что тоже такого сервильного трепета нигде никогда не видела. В штатах уж точно.
немножко про театр, с фотками, not a must )
tutellia: (Default)
Из песчаника - ну, какого-то местного камня - самый печальный. Почти нераспознаваемый. Износился.


Read more... )
tutellia: (Default)
Совсем новый памятник Мандельштаму в Питере



Ханнеке де Мюнк объясняет идею памятника так: «В изогнутом стволе дерева больше жизни, чем в классической колонне. Я хотела создать впечатление постоянного движения. На вершине ствола – четыре фигуры. Мужчина и женщина, слившиеся воедино, как первые люди на Земле, как Адам и Ева в процессе сотворения, то есть еще не разделенные – одна фигура с двумя головами и тремя ногами. За плечами у мужчины и женщины – две потусторонние фигуры, нечто среднее между ангелами и птицами. А может быть, это пробегающие мимо облака. У мужчины в руке – пачка бумажных страниц».

Подробности - http://seaseas.livejournal.com/714240.html?view=22848256#t22848256

Profile

tutellia: (Default)
tutellia

December 2016

S M T W T F S
    123
45678910
1112131415 1617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 04:40 pm
Powered by Dreamwidth Studios